Приднестровская таможня: «Мы торгуем со всем мировым сообществом»

Поскольку в последние недели возрос интерес к внешнеэкономической деятельности приднестровского региона, главный редактор газеты «Панорама» Владимир Тхорик встретился в Тирасполе с председателем Государственного таможенного комитета непризнанной ПМР. В интервью для интернет-передачи «Без мифов» на pan.md Юрий Гервазюк ответил на неудобные вопросы о специфике мониторинга приднестровского участка границы, об экспорте, импорте и контрабанде.

– Я буду задавать неудобные вопросы. Поскольку передача называется «Без мифов», мой вопрос такой: после интервью чекисты уведут нас в подвалы на растерзание медведям? 

– Давайте сразу мифы развенчаем. ПМР – достаточно демократическая республика. Построена на социальных принципах уважения. В республике соблюдаются нормы законодательства, как внутреннего, так и международного. То, что о нас говорят как о «черной дыре», офшоре, контрабандной территории – совершенно не соответствует действительности. 

– Соответствует ли действительности информация некоторых российских блогеров о том, что зарплату вашим сотрудникам из-за кризиса выдают чем угодно, даже мамалыгой? 

– Видимо, это заявления некоторых оппонентов, которым нравится такой сарказм. Подобная информация может лишь заставить улыбнуться. ГТК создан в соответствии с законодательством, это абсолютно легитимный функционирующий орган с соответствующими службами и техническим обеспечением. 

– Сколько человек работает? 

– Наш штат достаточен, абсолютно не раздут, то есть около 500 человек. Средняя зарплата в ГТК – от 3 тыс. до 4-5 тыс. рублей. То есть примерно как и у всех работников бюджетной сферы. Это около 300-400 долларов. 

― Если говорить о взаимодействии с коллегами, то с 1 января 2016 года по периметру приднестровско-украинского участка границы должны были вводить совместные пункты пропуска, на которых работали бы группы молдавских и украинских таможенников. Эти посты уже установлены?

– На сегодняшний день таких постов нет. Мы знаем об этом намерении. На мой взгляд, это абсурдно по нескольким причинам. Во-первых, Украина – суверенное государство, как и Молдова. А присутствие на территории украинского государства иностранных сотрудников, той же Пограничной полиции Молдовы, противоречит Конституции Украины. 

– Но официальный Кишинев считает, что это и граница Молдовы. Да и мировая общественность не признает приднестровскую границу...

– Признает, не признает, но страны ЕС и СНГ активно взаимодействуют с ПМР по всем аспектам. Поэтому говорить о том, что не признает – это их право. 

–А у вас есть взаимодействие с молдавскими таможенниками?

– Отчасти есть и с ними, и со всеми другими. 

– По каким аспектам? 

– Это взаимодействие не только в обмене информацией в рамках таможенного дела – у нас одинаковые функционалы. Иногда происходит обмен мнениями. 

– Вы говорите об ограничении прав Украиной. Ваша цитата: «Действия Украины по ограничению импорта компаний идут вразрез с международными нормами». А как вы можете уповать на международные нормы в условиях непризнанности ПМР? 

– Субъект непризнанности, конечно, негативно отражается на жизни нашего государства. Хотелось бы вкратце остановиться на такой вещи: существует Меморандум 1997 года, который говорит о свободной экономической деятельности, перемещении товаров через таможенные границы ПМР. Этот меморандум является международным документом, подписанным президентами Молдовы, Украины, ПМР. Его одобрили и страны-гаранты – РФ и государства ЕС. Насколько легитимен сам меморандум, подписанный руководством этих стран, – комментировать не мне. 

– Ну а почему Приднестровье называют «черной дырой»? Заявления имеют реальную подоплеку? 

– Кратко скажу об этих заявлениях. И мы их слышим. Вопрос в том, какую цель они преследуют. Эти заявления не имеют ничего близкого к реальности. Они надуманны, возможно, и разного уровня чиновниками и СМИ. Журналисты должны соотносить свои заявления с реальностью, а не с мифами. 

– Но есть и конкретика. Допустим, экс-глава МВД Молдовы Виктор Катан заявлял, что, по данным EUBAM (европейская миссия приграничного контроля. – Прим. «Панорамы»), официальный товарный импорт в Приднестровье превышает на сотни процентов потребности региона. По его мнению, это красноречиво говорит о том, что ввозимые в Приднестровье товары где-то реализуются. То есть излишки вывозятся в правобережную Молдову и страны ЕС. 

– Я не готов отвечать за слова Катана. Но официально хочу отметить: действительно, полевая миссия EUBAM мониторит передвижение грузов. Вы можете увидеть пятилетний отчет миссии на сайтах, где отмечено, что нет ни одного факта перемещения контрабандных товаров: сигарет, оружия, наркотических средств. Ничего такого на украинско-приднестровской границе не обнаружено. 

– Все-таки проблема контрабанды существует и для приднестровской таможни? 

– Она извечно существует во всех странах. 

– Какие товары чаще всего пытаются провезти контрабандным путем? 

– Это могут быть и товары народного потребления, и продукты питания, иногда небольшие партии сигарет, о которых мы информируем на своем сайте и в СМИ с предоставлением полной фактуры, в отличие от заявлений коллег в соседних государствах. 

– О других государствах. В 2015 году ГТК подписал протокол о взаимодействии с Федеральной таможенной службой России. В каких аспектах вы намерены сотрудничать? 

– Да, такой протокол был подписан в Москве на ежегодной международной выставке, в которой принимали участие представители 36 стран. К сожалению, от Республики Молдова я там никого не видел. С РФ у нас подписан Протокол о взаимодействии в таможенном деле, включая все аспекты. 

– А Россия как-то помогает приднестровской таможне, например технически, оборудованием, обучением кадров... 

– В Таможенной академии РФ обучаются наши дети, выпускники школ, как и в Молдове. Выбор страны для получения образования ― свободный выбор любого гражданина.

– А конкретно таможне какую поддержку оказывает РФ? 

– По запросам Россия оказывает нам методологическую и практическую помощь. Это касается и обмена информацией, обычно в открытом режиме. 

– Уточнение по контрабанде: есть какие-то цифры за 2015 год о случаях пресечения контрабанды? 

– Такие цифры есть. Но примерно за 2015 год – 1041 случай нарушений таможенного законодательства. Это не обязательно значит контрабанда. Нарушения обширные – экспорт, импорт. Временный ввоз/невывоз автотранспорта. Кто-то не успел, просрочил...

– А сама контрабанда? Есть конкретные случаи?

– Есть попытки перевоза мелких товаров, в том числе контрабандных, транзитом через территорию ПМР.

– Открыты ли уголовные дела на сотрудников таможенного ведомства за коррупционную деятельность?

― За 2014-2015 годы и на текущее время нет возбужденных уголовных дел и даже фактов пособничества или организации контрабанды со стороны таможенных органов. Это для меня отрадно и соответствует действительности. Есть случаи некорректного поведения с гражданами и грубых высказываний, нарушения обязанностей. Мы эти случаи жестко пресекаем.

– То есть факты получения взяток не зафиксированы? 

– Не зафиксированы. Была в 2015 году попытка дачи взятки. Гражданин Молдовы пытался провезти коллекцию монет и предлагал взятку за неоформление данного вида товара. Был составлен протокол и приняты меры экстренного воздействия. Сотрудник устоял перед соблазном.

– В других интервью вы часто упоминаете об «упрощении процесса работы таможни». Вы не задумывались об упрощении взаимодействия со СМИ? 
Например, наши коллеги из тираспольского «Медиа-центра» два месяца ждут ответа на официальный запрос. Почему вы не отвечаете? 

– Я не помню случая, чтобы мы не ответили. Но иногда постановка вопроса такова, перечень построен так, что сама суть создает впечатление некоего органа следственного комитета. В некоторых вопросах содержится информация, касающаяся профессиональной служебной деятельности, на которую ГТК не вправе отвечать. Некоторые вопросы касаются юридических и физических лиц, ответ на подобные вопросы нарушает закон о коммерческой тайне. 

– В любом случае, нельзя ли просто ответить, что вы не уполномочены давать ответы на эти вопросы? 

― Мне кажется, надо быть корректным обоюдно. Поэтому «Медиа-центр» или журналист, задающий такие вопросы, должен задуматься о правомерности, зачем он их задает. 

– Допустим, вопросы о журналистском расследовании... Или вы не даете им такого права?

– Нет, просто журналисты не блещут чистоплотностью. 

– То есть вы сомневаетесь в неподкупности журналистов? 

― Я не просто сомневаюсь. Уверен, что это не так. Во многих случаях. Я не обвиняю никого. Но те вопросы, которые задаются, скажем, навевают мысль, что это заказной характер в целях совершенно иных, чем просто освещение реалий и событий. 

– К разговору об иных целях. В одном из заявлений Таможенного комитета вы обвинили Ассоциацию журналистов-расследователей RISE Moldova и меня, как автора расследования о садах-фантомах, в дезинформации. Возможно, вы не читали статью? 

– В том контексте, в котором я прочитал, я воспринял это именно так. Упомянутые в статье две компании не вывозили продукцию из Приднестровья. По данным ГТК, в течение 2015 года экспортом яблок занимались только пять приднестровских компаний.

– Какие именно? 

– «Агроальт-плюс» из Каменки, «Полифрукт-Е» из Каменки, «Полюс-Агро» из Бендер, «Агростар» из Слободзеи и «Пик-агро». К тому же ГТК не просто оформляет документы на экспорт, но и плотно сотрудничает с Министерством сельского хозяйства. У нас есть все данные по объемам выращенной продукции и конкретно яблок. Основные страны для экспорта этих фруктов – Российская Федерация, Молдова, Казахстан, Беларусь. 

– В прошлом году они экспортировали именно свою продукцию, то есть которую вырастили?

– Только свою. Это ни в коем случае не реэкспорт. Во всяком случае, в РФ, поскольку ею введены ограничительные меры. Мы не будет предоставлять чужую продукцию под маркой приднестровской. 

– А если, как вы говорите, в рамках очередного журналистского расследования мы, возможно, докажем, что зарегистрированные в Приднестровье компании экспортировали не свою продукцию? 

– Я бы с удовольствием посмотрел документы, если они будут опубликованы. 

– Будут. 

– Но здесь есть проблема. Приднестровские предприятия, зарегистрированные в ПМР, для перемещения различной продукции вынуждены становиться на учет и регистрироваться в РМ ввиду непризнанности ПМР. Какие документы им выдает Молдова и какие товары в них значатся при вывозе за границу, минуя таможню Приднестровья, я не знаю. В таком случае это дело тех партнеров, с которыми у них заключены внешнеэкономические договоры. 

– А общий объем экспортированной ими продукции известен? 

– Безусловно. Эти пять фирм за полтора года экспортировали 3,4 тыс. тонны. И статистическая стоимость в долларах США – $792 тыс. 

– Они не экспортировали больше, просто потому, что нет такого объема продукции в ПМР? 

– Это заявленный ими выращенный объем. Если бы они вырастили больше, то, наверное, поставили бы больше.

– А практикуется такое, когда вы даете разрешение на экспорт, если компания зарегистрирована в Приднестровье и вывозит не свою продукцию? 

– Таких установленных случаев нет. 

– Поговорим о цифрах. Сколько приднестровские предприятия экспортируют в страны ЕС? 

– Значительную долю – 30% от общего товарооборота. 

– Из каких стран производится основной импорт? 

– Наибольший удельный вес – Украина, РФ, Молдова и 15% из стран ЕС.

– Каковы у вас торговые отношения с другими непризнанными республиками? Например, Осетией, Абхазией... 

– Насколько известно мне, и, думаю, вам, Абхазия и Осетия ― признанные государства. С ними, как и с другими контрагентами, есть торговые отношения.

– По каким товарным позициям? 

– Продукты питания, фрукты. Много абхазских мандаринов в сезон ввозят и к нам. 

– В денежном выражении опишите основные направления по экспорту и импорту.

– Особого предпочтения у нас нет. Мы торгуем со всем мировым сообществом. Коротко можно сказать, что по странам дальнего зарубежья (ЕС, США) в 2015 году импорт составил $246 млн. По СНГ – $891 млн., а в целом – $1 млрд. 138 млн. Экспорт: в дальнее зарубежье отправлено товаров на сумму $208 млн., в СНГ ― на $402 млн. Общий экспорт достиг $611 млн. А весь товарооборот – $1,7 млрд., то есть это импорт и экспорт всей Приднестровской республики. Общий процент стран СНГ в торговом обороте ― 73%. Еще 27% остается на дальнее зарубежье: Румыния – 6,68%, Германия – 4,43%, Италия – 4%, Польша ― 2%, Словакия ― 1,5 %. 

– Какова динамика товарооборота? 

– В 2015 году значительно снижен товарооборот. На это повлияли внутренние и внешние факторы: экономический кризис и девальвация валют стран-партнеров. Кстати, Приднестровье входит в двадцатку стран мира, которые не девальвировали нацвалюту и сохранили благосостояние и социальную защищенность граждан. 

– Сколько в прошлом году ГТК перечислил в консолидированный бюджет?

– В консолидируемом бюджете наша доля выплат составила 22%, а в 2014-м ― 32%. 

– Каковы прогнозы на 2016-й? 

– У меня лично оптимистичные. Я надеюсь, что кризисы приходят и уходят. Анализ показывает, что всегда экономика развивается по волнообразному графику. Есть взлеты, есть падения. Надеюсь, что в ближайшее время у стран-соседей наладится экономическая сфера, что улучшит и наше положение в торговле.

pan.md